Каменские власти отказались устанавливать памятный знак в городском парке

Городские власти мотивировал отказ морально-этической точкой зрения.

В центральном городском парке Каменского продолжается реконструкция, после которой, как нас уверяют, здесь станет красивее и комфортнее. Но существует один важный исторический аспект: когда-то здесь располагалось Заводское общественное кладбище, заложенное ещё в 1887 году. По данным областного архива тут захоронено около 30 тысяч каменчан. Среди них такие люди как Павел Ясюкович, сын директора-распорядителя Днепровского завода Игнатия Ясюковича; Мария Сундгрен, дочь начальника сталелитейного отделения Эрнеста Сундгрена; Иоганн Поль, чемпион мира по греко-римской борьбе; Василий Дмитровский, директор мужской гимназии; Фридрих Абермет, вице-консул Германской империи в Екатеринославе и другие. Позже здесь хоронили и тех, кто боролся за установление и насаждение советской власти, в частности, Михаила Ковалевича и Григория Пелина.

В 1933 году Каменской исполком принял решение о закрытии кладбища и разбивке на его месте городского парка. Началась реконструкция, но захоронения продолжались, по крайней мере, до 1936 года. Окончательно городской парк открыт в 1945 году, строительные работы завершали немецкие военнопленные и осужденные из местных тюрем. Само решение о закрытии кладбища являлось совершенно справедливым, но методы его преобразования в парк оказались по-настоящему варварскими. Надгробные плиты, памятники, гробы с костями просто вывозились на свалку, а родственникам усопших не поступало никаких предложений по перезахоронению останков.

Кладбище в Каменском было очень богатое; оно давало понять, в каких условиях жили люди до революции. Поэтому большевики постарались всё уничтожить, но ничего не смогли сделать с народной памятью. Многие люди до сих пор приходят помолиться сюда о душах усопших своих родственников.

Во время презентации городским головой А. Белоусовым проекта реконструкции я задал ему вопрос: не считает ли он возможным установить в парке мемориальный знак, свидетельствующий, что когда-то это было место последнего приюта для тысяч каменчан? Мэр публично дал указание найти возможность внести изменения в проект и установить такой знак в достойном месте. Немедленно нашлись оппоненты, даже из ближайшего окружения городского головы, которые, бравируя своей неосведомлённостью, стали возражать: как это можно в городском парке устанавливать кладбищенскую табличку?

И вот мы имеем официальный ответ властей, который живо напомнил притчу о волке в овечьей шкуре, и от которого повеяло холодком тридцатых годов.

«Встановлення пам'ятного знаку у міському парку з морально-етичної точки зору вважаємо недоцільним, оскільки більшу частину відвідувачів складають діти. Перший заступник міського голови О. Чернишов».

В какой морально-этической, культурной, духовной пропасти мы находимся, если этот документ готовили заместитель городского головы по гуманитарным вопросам Т. Онищенко и заведующая отделом культуры Н. Иллариошина?! Вполне ли они понимают значение выражения «морально-этический» в применении к вопросу сохранения народной памяти? С такой командой наш мэр будет постоянно попадать в щекотливые положения, а Каменское оставаться символом культурной провинции.

Такой памятный знак может стать одним из элементов, способствующих воспитанию патриотизма у юного поколения с самых ранних лет. Так, в Киеве в парке Славы над Днепром построен целый мемориальный комплекс жертвам Голодомора в Украине 1932-1933 годов. И никого это не смущает с морально-этической точки зрения, но, наоборот, придаёт значимости и сакральности парку Славы. Вот и у нас проведение свободного времени в излюбленном месте отдыха не должно мешать пониманию того, что на месте аллей и дорожек парка когда-то стояли кресты и обелиски, и что земля эта святая.

Можем ли мы утверждать, что на территории памятки садово-паркового искусства нет никаких захоронений? А если они существуют? Как тогда с морально-этической точки зрения объяснить работу аттракционов на костях наших предков?